|
 |
Глухим голосом он продолжал бормотать: "Убирайтесь... пусть убирается... предатель...", тогда как Хугюнау уже давно вышел из комнаты, нагло хлопнув за собой дверью.
Это был конец, бесславный конец! Клеймо, клеймо на всю жизнь! Есть ли еще какой-нибудь выход? Нет, выхода нет.,. Майор достал из ящика стола армейский револьвер и положил перед собой.
Затем он взял лист почтовой бумаги, тоже положил перед собой; это будет посмертное прошение, Лучше всего он просил бы о позорном разжаловании.
Но все должно идти так, как это предписывается уставами и наставлениями, Он не оставит свое место, пока не передаст, как положено, все дела.
Хотя майор полагал, что сделает все эти приготовления с быстрой и солдатской пунктуальностью, все двигалось вперед очень медленно, а каждое движение стоило очень больших усилий.
Собрав все свои силы, он начал писать, ему хотелось, чтобы это было написано твердой рукой.
|
|
|
|
|
